Очерк 1. Горизонты биосоциальной антропологии

Очерк 1. Горизонты биосоциальной антропологии

Биосоциальная антропология - собирательное наименование экологической, этологической, конституциональной, психологической, педагогической, спортивной, эргономической и ряда других антропологий. Она реализует представления о соматопсихической и личностно-социокультурной целостностях в интересах управления развитием психики и личности человека при решении задач интеллектуального, духовного, физического совершенствования. Нелишне добавить, что при всей неразрывности в человеке его телесного - душевного - духовного начал интересы биомедицинской и клинической антропологий акцентированы в первую очередь на первом (ведь современная медицинская генетика доказывает свою "причастность" практически к любому, в том числе и психическому, заболеванию), а социокультурной и духовной антропологий - на последнем составляющем. Поиски биологических корней (эквивалентов) высших психических функций в биосоциальной антропологии направлены на облегчение их "шлифовки" воспитательными приемами, захватывающими всю соматопсихическую целостность.

В первом выпуске трилогии уже отмечалась основная проблематика спортивной антропологии, ее незавершенная интегративность из-за формального разграничения задач, решаемых по отдельности спортивными морфологией и психологией. Однако практика физического образования (этот термин предпочтительно использовался П.Ф. Лесгафтом) убеждает, что в содержательном отношении интегративность спортивной антропологии - сложившаяся педагогическая реальность. Ведь отбирая для занятий отдельными видами спорта лиц с соответствующим состоянием двигательных качеств (отноше-ние мышечной выносливости к силе и скорости нарастает от спринтеров к стайерам), тренер одновременно и автоматически в том или ином объеме выполняет селекцию по нейродинамическим и психодинамическим свойствам (при увеличении практически во всех спортивных специализациях объемов тренировочных и соревновательных нагрузок, обретении ими нередко характера монотонности - определенные преимущества возникают у представителей так называемого слабого типа нервной системы с проявлениями меланхолического или флегматического темперамента). Воспитывая спортсмена, тренер укрепляет не только его мышцы, но и волю к достижению намеченных целей. При этом он не должен лишать спортсмена свободы выбора, прибегая к излишней опеке, ограничивая его самостоятельность. Только в том случае, когда человек сам, без видимого принуждения, наметит путь своей карьеры в спорте, начнет подниматься по ее ступеням, сознательно распределяя свои возможности и силы, - формирование его характера не окажется ущербным. Ведь недаром сказал Поэт: "Лишь тот достоин жизни и свободы, кто каждый день идет за них на бой".

Если же тренер автократического склада личности возьмет на себя принятие решений, определяющих судьбу спортсмена, лишит его самостоятельности выбора, подменит его волю своей, - созидание характера спортсмена примет искаженные формы. (Как показывает жизнь, люди нередко не дорожат свободой выбора, более того - тяготятся ею в ущерб развитию собственной духовности.)

Остановимся лишь на общих направлениях научной заинтересованности биосоциальной антропологии. Они были очень четко намечены в последние годы интегративными антропологами, этологами и социобиологами Республики Крым в виде двух в известной мере важнейших:

- биологические корни человеческого поведения,

- биология политики.

Рассмотрению каждой из этих проблем были посвящены международные научные конференции, успешно проведенные в 1993, 1994 и 1995 годах с публикацией кратких материалов [1,2, 3]. В те же годы сходную заинтересованность в решении задач биосоциальной антропологии проявили интегративные антропологи, педагоги и психологи Республики Адыгея, организовавшие в г. Майкопе ряд международных научных конференций с исчерпывающей публикацией материалов [4, 5, 6, 7].

Этими взаимодополняющими мероприятиями разной географической приуроченности подтверждается общая тенденция смыкания биологических и социальных знаний о человеке. На их стыке и располагается интегративная биосоциальная антропология, роль которой становится все более и более ощутимой. Именно она реализует идеи соматопсихического единства ради воспитания человека, совершенствования его телесной, душевной и духовной составляющих. В этом отношении областью особой научной притягательности и информационного синтеза служит проблема поведения человека.

Источники сведений о поведении человека. При общении с человеком впечатления о нем складываются на основе словесного контакта (вербальное поведение) и особенностей макро- и микродвижений (невербальное поведение). Первый канал общения контролируется человеком, как правило, более жестко, чем второй. Наука, изучающая особенности поведения, - этология - сформировала основные принципы в наблюдениях над животными и лишь затем распространила свой интерес на человека. Поэтому, если классическая психология оценивает состояние человека в результате речевого контакта с ним, то этология регистрирует рисунок движений тела и его составляющие.

Этология человека вошла в теорию и практику человекознания, дав предварительно научные ростки в психиатрии. В своей посмертной монографии лидер отечественной психиатрии начала века П.Б. Ганнушкин так, например, характеризовал особенности поведения при шизоидном типе психопатии: "Общей чертой моторики шизоидов надо считать отсутствие естественности, гармоничности и эластичности. Обыкновенно они обращают на себя внимание тугоподвижностью и угловатостью движений... У многих можно отметить привычные гримасы, судорожно стереотипные движения, иногда принимающие форму настоящих тиков. Особенно много своеобразия в их походке..." [8, с.30].

А вот что писал П.Б. Ганнушкин о конституционально-депрессивных психопатах: "В движениях, в мимике большей частью видны следы какого-то заторможения: опущенные черты лица, бессильно повисшие руки, медленная походка, скупые, вялые жесты..." [8, с.15]. Иная картина у конституционально-возбужденных психопатов: "Это - субъекты с оживленной, естественной и выразительной мимикой, чаще всего быстрые и подвижные" [8, с.19]. Приведенные выше и многие другие поразительно глубокие наблюдения П.Б. Ганнушкина, как и иных крупных психиатров, создали благоприятную основу для утилизации ряда достижений этологии.

Начальный этап выяснения особенностей невербального поведения лиц с отклонениями психики нацеливал на суммарно качественные оценки, без выяснения микроэпизодов двигательной активности и без детальной дифференцировки по нозологическим формам. Запросы лечебной практики направили ученых крымско-сибирской клиникоэтологической научной школы на детальное количественное изучение невербального поведения психически больных; были систематизированы методы наблюдений - этоскопии и техника математического анализа их результатов - этограмм (В.П. Самохвалов). Эти данные были сопоставлены с особенностями нормального поведения психически здоровых людей, которых надлежало изучить во всем многообразии половозрастной, индивидуально-конституциональной и прочей изменчивости. Так наряду с этологической психиатрией возникла этологическая антропология (термин правомочный, хотя, кажется, ранее не возникавший).

"Синтетическая этология последних лет характеризуется изучением роли средовых, генетических факторов, интересом к физиологическим механизмам поведения; она в основном базируется на эволюционном учении, популяционной генетике, анатомии и физиологии. Это обстоятельство позволяет рассматривать этологию как раздел биологии" [9, с.21]. Каковы особенности прикладных, психиатрической и антропологической составляющих этой области знания ?

Этологическая психиатрия учитывает двигательную "продукцию" человека для оценки степени и формы его психической ненормальности. Этологическая антропология определяет размах изменчивости признаков поведения в связи с действием факторов, дифференцирующих проявления фенотипа человека (возраст, пол, этнос и пр.). Границы нормы могут быть установлены при совместной научной активности специалистов в рамках биомедицинской и биосоциальной антропологий, включающих в свой состав наряду с другими подразделениями клиническую и этологическую антропологии.

Особенно важно изучение форм невербального поведения в детском возрасте, когда отчетливее проступают его генетические основы и нет мощных социальных деформаций.

"Если у взрослого соотношение невербальной и вербальной коммуникаций смещено в сторону вербальной, то у детей основное значение в межперсональных контактах имеет невербальное поведение. По-видимому, тот же перевес наблюдается и в филогенезе..." [9, с.41].

Следуя от простого к сложному, принято выделять у человека: элементы единиц поведения, двигательных актов - простые комплексы поведения - сложные комплексы, ансамбли поведения.

Усилиями В.П. Самохвалова и сотрудников за последние годы разработаны классификации элементарных признаков (форм проявления позы- стоя и сидя; особенностей мимики; положения рук, туловища, плеч и головы, ног; невербальных компонентов речи) и оценены частоты их встречаемости у психически здоровых людей. Оценены простые комплексы поведения: расстояние при межличностном общении, изучаемое специальным разделом науки - праксемикой; формы приветствий на расстоянии при межличностном контакте; положения тела контактеров в пространстве в виде кинезиса (изменения положения под влиянием интенсивности стимула) и таксиса (изменения положения в связи с источником стимула); мимические комплексы; особенности контакта глазами (взором), жестом, движениями головы, плеч, туловища; движения при приведении себя в порядок (груминг) - по отношению к себе (аутогруминг) или другому человеку (гетерогруминг); движения рук при манипулировании чем-либо. Динамическая оценка двигательных комплексов включает стереотипии (повторяющиеся движения, например раскачивание туловищем - яктации), гиперкинезы (спонтанные двигательные акты высокой интенсивности), тики (подергивания), тремор (дрожание частей тела). Изучены формы сложного (индивидуального) поведения.

В научно-популярной отечественной литературе проблемы этологии человека обсуждались ранее в основном на основе зарубежных публикаций [10]. Количественному анализу они впервые в должном объеме подверглись стараниями ученых крымско-сибирской школы клинической антропологии. При этом все же отметим, что особенности поведения эдоровых изучались лишь попутно, на ограниченных контингентах обследованных. Поэтому развитие этологической антропологии, хотя и намечено [9, 11], но пока еще не реализовано.

Биологические корни поведения человека. Задумывались ли Вы, читатель, о том, что историю собственного поведения, его биологические предпосылки и механизмы мы храним в самих себе. Известный русский философ начала ХХ в. Н.А. Бердяев (1874-1948) видел смысл истории в осознании человеком местоположения в историческом процессе и исторического в себе. Он писал: "Человек есть в высшей степени историческое существо. Человек находится в историческом и историческое находится в человеке" [12, с.14]. И далее: " В зтой микрокосме (внутренней природе человека - В.К. и Б.Н.) заключены все исторические эпохи прошлого, и этого человек не может в себе задавить пластами времен и ближайшей исторической жизни..." [там же, с.19]. Поистине справедливо сказано, и в первую очередь - в отношении биологической истории человека. Методом самонаблюдения легко обнаружить в самом себе биологические корни поведения, которые, с одной стороны, свидетельствуют о неразрывной связи человека с миром остальных живых существ, а с другой - показывают, как высоко мы над ним возвысились. Ибо помимо биологических посылок нашего психического или психофизиологического бытия человек обрел богатство социальности, духовности, самоосознанности - в виде своего рода надстройки над биологическими пластами натуры.

Приведем два примера. Для цивилизованного человека считается нарушением всех приличий зевать в общественных местах. Недаром А. Шопенгауэр говорил: "Лицо человека высказывает больше и более интересные вещи, нежели его уста; уста высказывают мысль человека, лицо - мысль природы" [13, с.187]. Можно на словах быть хорошо воспитанным человеком, но не прикрытый зевок выдаст или крайнюю степень усталости человека, или неумение соблюдать общепринятые приличия.

Почему же в таком случае акт зевания столь заразителен? Почему, восприняв зрительно эту мимическую реакцию, человек неудержимо стремится ее повторить? Ответ прост: зевота - защитная реакция организма, и в первую очередь головного мозга, от выраженного кислородного голодания, уходящая своими корнями глубоко в наше прошлое - биологическое и дочеловеческое.

Зевают и домашние кошки и, вероятно, некоторые другие животные, экология которых сопряжена с пребыванием в замкнутых пространствах - дуплах деревьев, пещерах, - где может накапливаться углекислый газ. Особи, более восприимчивые к нарушениям газового состава крови, первыми реагируют на это и глубокими, интенсивными дыхательными движениями активизируют легочный газообмен, выводя избыток углекислоты из организма. Можно полагать, что в процессе эволюции, под действием естественного отбора, сформировалась зрительная подражательность реакции зевания. Для современного человека этот акт носит инстинктивный и защитный характер; он свидетельствует не столько о дурном воспитании, сколько о биологической предопределенности данного вида реакции.

Приведем другой пример. Многим людям неприятны "скребущие" звуки, возникающие при скалывании льда с асфальта зимой, или при протирании стекла сухой тряпкой, или при шинковании капусты. Субъективно возникает ощущение зябкости; сокращаются мышцы, поднимающие волосы на поверхности тела; человек покрывается " гусиной кожей ". А ведь это тоже комплекс защитных реакций организма, связанных с возбуждением симпатического отдела нервной системы в ответ на звук, напоминающий скрип зубов хищного зверя. 3десь еще одно проявление биологических корней защитного инстинктивного поведения человека.

Мы отмечали выше (в связи с работами крымско-сибирской школы клинической антропологии) определенные успехи в развитии этологии человека - науки о поведении. Человек может контролировать свою речь, выражение лица, манеру поведения, но микродвижения рук, некоторые личностно присущие ему автоматизмы движений не подвластны воле, совершаются бессознательно. Некоторые особенности моторного поведения человека имеют свои аналоги среди животных, выявляя тем самым определенные биологические корни.

Индивидуальные и половые моторные корреляты поведения отчетливее выражены в условиях социобиологического дискомфорта личности, когда сознание снижает свой контроль за периферией личности в поисках выхода из трудных или критических ситуаций. В.П. Самохвалов привлекает при рассмотрении этого вопроса две социальные модели - состояние экзаменационного стресса (острого и, как правило, непродолжительного) и условия хронического обнищания, прогрессирующей бедности (создание у человека явления затянувшегося, хронического стресса, остро протекающего вначале, но приобретающего "вялое" течение впоследствии из-за вживания личности в новую трагическую реальность).

Во время приемных экзаменов в университете В.П. Самохвалов и сотр. [14] установили характерные отличия невербального (моторного) поведения, проявления и частоты отдельных его форм и элементов у абитуриентов - мужчин и женщин. Элементы агрессивности наблюдались у каждого третьего, альтруистичности - у каждого пятого абитуриента. Проявления аутоагрессии заключались в основном у мужчин в дотрагивании до мочки уха, носа; у женщин - до других частей тела. Реакция прихорашивания (аутогруминг) у мужчин проявлялась в поглаживании волос на голове открытой ладонью, у женщин - в пользовании расческой У мужчин агрессивные элементы поведения обнаруживались в особенностях позы и жестах, у женщин - в мимике. Коллективные двигательные реакции у мужчин выражались в обнимании друг друга, хлопании по плечу; женщины в этой ситуации делали друг другу мелкие подарки. Авторами цитируемого исследования были намечены, но не раскрыты полностью особенности двигательного поведения в связи с принадлежностью к той или иной национальной культуре (крымско - татарской или украинской) и определенной профессиональной группе (при поступлении студентов на разные факультеты). Однако несомненно существование не только биологических, но и социокультурных "корней" двигательного поведения, проявляющих себя в условиях зкзаменационного стресса.

Иная ситуация, проанализированная В.П. Самохваловым [15], относится к нарастающему в связи с экономическим кризисом обнищанию населения. Этология бедности включает в себя:

- элементы запасания и собирательства,

- перекармливание родителями детей "на будущее",

- элементы попрошайничества,

- синдром стояния в очередях при их упорядочивании (3. Гиппиус отмечала, что во время голода в Петрограде в 1918 г. вокруг павшей лошади обычно собиралась толпа, однако кто-то из присутствующих всегда организовывал очередь за кониной),

- поведение роения, бессмысленного перемещения по торговому залу магазина с опустевшими прилавками.

Типология очередей, по В.П. Самохвалову [15], имеет свои биологические аналоги в виде определенного порядка клевания у птиц или упорядоченной последовательности водопоя у млекопитающих.

Биология и политика. Политика - концентрированное выражение зкономики. Однако политические события реализуются людьми, а особенности их поведения характеризуются поступками. Поступки человека - плоды на дереве психобиологии личности. Урожайность этого дерева определяется в числе прочего внешнеприродными и социальными условиями.

В нашем толковании понятие "поступок" приобретает деятельностное значение, ибо он проявляется в наличии или отсутствии определенных действий. Однако существующие философские трактовки открывают широту выбора. М.М. Бахтин в одной из своих ранних работ отметил целостность, синтетичность и вместе с тем неповторимость, единственность поступка, его несводимость к рациональному действию [16]. А.К. Шевченко отрицает "возможности рассматривать поступок как объект в силу того, что полное описание поступка предполагает фиксацию всей метафизической предпосылочности человеческого существа, что невозможно..." [17, c. 10]. "Отличия поступка от действия могут формироваться либо на уровне признаков, либо на ценностном уровне. Уровень признаков предполагает, что поступок включает в себя то же число признаков, что и действие (к примеру, цель, рассудительность, интенциональность), плюс нечто еще. Но здесь вполне возможны случаи, когда это <нечто> невозможно доказательно и количественно определить... Что же касается ценностного определения поступка, то здесь мы не только не защищены от произвольности, но заведомо попадаем в ложное положение" [17, c. 9-10]. "Поэтому любое метафилософское описание <человеческой поступочности> как таковой представляет собой фиксацию какого-либо одного онтологического аспекта, не отменяющую возможности альтернативных описаний" [17, c. 11, выделено нами - В.К. и Б.Н.]. Если снять с этого понятия покров философичности и метафизичности, вернувшись к исходному значению слова <ступня>, <стопа>, термин приобретает смысл "сделать шаг", "продвинуться в каком-либо направлении". Владимир Даль истолковывает это, как "всякое дельное дело или действие человека" [18, c. 348].

Таким образом, выстраивается цепь явлений: конкретное политическое свершение (как общественно значимое поведение личностей на коллективном или индивидуальном уровнях) - поступки, из которых складывается эта линия поведения в масштабе сообщества или индивидуальности, - биологические предпосылки данных форм поведения на этнопопуляционном (национальный характер) или личностном (особенности психодинамики - темперамента) уровнях - "шумы": экологические, гелиогеомагнитные, природно-климати-ческие, социальные условия, вызывающие стресс на психобиологическом уровне и срыв стереотипа поведения человека. Звенья этой цепи лишены жесткообязательной связанности друг с другом, они находятся в фокусе многих иных плохо и трудно предсказуемых влияний. И тем не менее с определенным уровнем вероятности эти связи способны себя проявить. Каким бы ничтожным ни казался возможный уровень вероятности, пренебрегать им, вероятно, не стоит, как нельзя забывать о ружье на сцене спектакля в первом его действии - ведь оно может выстрелить в последнем.

Анализ явлений указанной цепи во всем их многообразии подвластен формирующейся сейчас научной общности - интегративной антропологии, особенно ее биосоциальному разделу.

Мы выбрали следующий путь решения проблемы "политическое" - "биологическое":

1. Проанализировать соотношения биологического и гелиогео- магнетического в достаточно протяженном временном континууме (порядка 100 лет).

2. Проанализировать глобальные явления социально - политической жизни в узловые моменты гелиогеомагнитных влияний.

3. Сформулировать гипотезу о возможности биологических предпосылок явлений социальной политики с учетом промежуточной роли гелиогеомагнитных влияний.

4. Привлечь в качестве подтверждения гипотезы модель психо- патологического поведения при шизофрении, используя классические наработки школы проф. А.Н. Корнетова [см. 19].

Начнем с истории. Едва ли не самый заметный след в истории стран Америки и Европы в период после завершения Второй мировой войны оставил 1968 г.

В США его экспрессивным проявлениям способствовал накал политической борьбы в связи с выборами президента США, а до этого - выдвижением кандидатов в президенты от демократической и республиканской партий. Напомним канву событий. В лагере демократов сильные позиции имели либералы-сенаторы Дж. Макговерн, Роберт Кеннеди и консерватор Губерт Хэмфри. В начале июня Кеннеди, только что победивший на предварительных выборах (праймериз) в Калифорнии, гибнет от руки убийцы Сихрана. Это способствует выдвижению кандидатом в президенты в конце августа в Чикаго Губерта Хэмфри. А потом там же состоялось то, что позже Конгресс США квалифицировал как "мятеж полицейских". С невероятной жестокостью была разогнана демонстрация в Чикаго лиц, протестующих против войны во Вьетнаме.

За три месяца до этого жертвой убийцы пал лауреат Нобелевской премии мира доктор Мартин Лютер Кинг, возглавлявший негритянское движение в США.

Можно было бы сказать: накал политических противоречий выборной кампании способствовал росту агрессивности полиции, ФБР и отдельных личностей. Но ведь выборы президента были и до и после 1968 г., причем порою весьма конфликтные (вспомним 1972 г. и пресловутый Уотергейт), однако столь массовой и яркой вспышки ненависти у противоборствующих в политических событиях не было.

Перейдем к Европе. 3десь не выбирали президентов. Наоборот, президент Франции Шарль де Голль был вынужден уйти в отставку после июльских демонстраций студентов Парижа.

К востоку от Франции - в Чехословакии совершились события, получившие обобщенное название "Пражской весны". Кульминация - ввод войск стран Варшавского договора - пришлась на август 1968 года.

Итак, США, Франция, ЧССР испытали в 1968 г. серьезные политические потрясения. А какие исторические события случились в мире до этого?

За 12 лет до описываемых событий произошла революция в Венгрии, завершившаяся в ноябре 1956 г. вводом советских оккупационных войск.

Что запомнившегося для нашего современника принесла история позже?

Спустя 11 лет - военные перевороты в Афганистане и активное подключение СССР к вооруженному противоборству с моджахедами.

Спустя 22 года - начало 90-х гг. - события в Ираке: захват им территории Кувейта и освободительная кампания Объединенных Наций против режима Саддама Хусейна; распад Советского Союза на отдельные государства и кровопролитие в Нагорном Карабахе, Южной Осетии, Абхазии, Северной Осетии - Ингушетии, Приднестровской республике; распад Югославии, национальная междоусобица в Боснии.

Что общего в этих вспышках агрессивного поведения помимо того, что свершились они на планете Земля?

Общим служит фон солнечной (геомагнитной) активности с повышением его уровня на рубежах 60-70-х и 80-90-х годов. Напомним, что еще А.Л. Чижевский связывал многие процессы жизни на Земле с состоянием гелиогеомагнитной активности, обсуждая биосферные проявления "солнечных бурь" [20]. Совсем недавно механизмы зтих взаимодействий нашли себе подробное рассмотрение в исследованиях сотрудников Крымской астрофизической обсерватории [21]. Биологическая сторона солнечно-земных связей привлекла внимание и нашей лаборатории. Как показано Б.А. Никитюком [22] в динамических погодовых наблюдениях над физическим развитием новорожденных, в годы активного Солнца (конец 60-х и 90-х гг.) линейные и весовые размеры тела новорожденных снижаются по сравнению с периодами спокойного Солнца. Это позволяет предполагать торможение процессов внутриутробного роста при высоких значениях солнечной (геомагнитной) активности.

Согласно существующей точке зрения, рождению человека сопутствует столь сильный нейропсихический стресс, что буддисты уподобляют его состоянию умирания. В годы активного Солнца этот стресс отягощается недоразвитием структур организма. Вхождение организма через один или два солнечных цикла (11 лет, 22 года) во временную полосу столь же значительных уровней солнечной (геомагнитной) активности, возможно, в силу импритинга индуцирует в организме состояние стресса, а в результате - снижение механизмов коркового контроля поведения и вспышку асоциальных проявлений агрессивных поступков.

В массовых беспорядках жителей Парижа и Чикаго 1968 г. особую роль играли 20-22 -летние французы и американцы, родившиеся в конце Второй мировой войны и испытавшие по понятным причинам лишения еще внутриутробно. Родовой стресс имел у них, вероятно, особую силу выраженности. Столь же ярко протекал стресс, индуцированный сходно высокими уровнями солнечной (геомагнитной) активности в конце 60-х гг. Та же возрастная категория молодежи играла, вероятно, активно воинствующую роль и в событиях конца 80-х - начала 90-х гг. в Азии и Европе.

Официальное начало Второй мировой войны - 1 сентября 1939 г., что совпало с периодом активного Солнца. Участники воюющих армий - молодые люди 20-22 лет - родились в конце 1 Мировой Войны и в первые послевоенные годы (период активного Солнца) в обстановке лишений. Это могло также усугубить у них протекание родового стресса и состояние нейропсихической неустойчивости с наклонностями агрессивного поведения в период сходно (сравнительно с годами рождения) высоких значений солнечной (геомагнитной) активности в конце 30-х гг.

Сказанное не ограничивает причины возникновения междоусобиц, массовых беспорядков и военных действий космическими влияниями, однако ставит на обсуждение вопрос: не служат ли некоторые проявления асоциального поведения в чем-то отражением природных гелиоритмологических событий, воздействующих на психику?

Если гелиогеомагнитные факторы отличаются столь большим последействием на путях онтогенеза, причем в годы активного Солнца они демонстрируют подавление глобальных ростовых процессов и угнетение процессов жизнедеятельности разных систем организма, включая и нервную, то сформулируем следующее положение.

Высокая гелиогеомагнитная активность вызывает на индивидуальном уровне корковое торможение с растормаживанием подкорковых центров, а на популяционном уровне - учащение случаев агрессивного асоциального поведения, ведущего к неуправляемым событиям, типа "мятежа полицейских" в Чикаго в 1968 году.

В подтверждение сказанного сошлемся на биоритмологические наблюдения А.Н. Корнетова и соавт. [19], связанные с возрастом начальных проявлений при шизофрении в разные временные периоды. Из опубликованной ими монографии видно снижение среднего возраста манифестации этого заболевания в периоды активного Солнца. О гелиогеомагнитных влияниях на работу мозговых структур при шизофрении свидетельствуют две цитаты из приведенной книги:

"Установлено, что средний возраст начала заболевания находится в антикорреляции к солнечной активности" [19, с.137].

"Рождение больных шизофренией в период аномальной в гелиогеофизическом отношении погоды является дополнительным фактором, провоцирующим при условии наследственного предрасположения функциональную слабость мозговых структур" [19, с. 144].

Повторим: вышевысказанный взгляд никак не пытается подменить логику исторических событий биоритмологически измененными биологическими процессами в мозговых структурах, усиливающими агрессивный компонент поведения людей. Однако совпадение по времени протекания всплесков агрессивности среди населения ряда стран в периоды времени, характеризуемые высокой гелиогеомагнитной активностью, ждет своего объяснения.

Примечания

1. Вооk оf Аbstracts. Internationа1 Соnfеrеnсе - Thе Вiо1оgiса1 Roots of Human Веhavioиг. 1-4, Junе 1993. - Simfегоро1: Раrtenit - Heliorhythm, 1993.

2. Тhе Biо1оgу оf Ро1itics. Internationа1 Conferenсе. 26-30, Мау 1994. - Simferоро1, 1994.

3. Философия, религия, культура: рациональное и иррациональное, традиции и новации. Под общ. ред. проф. Глушака А.С. - Киев-Севастополь: Cев ГТУ, 1994. Человек как объект интегративной антропологии. Сборник исследовательских статей. Отв. ред. проф. Оконская Н.Б. - Севастополь: СевГТУ, 1995.

4. Психолого-педагогические, медико-антропологические и гипнологические аспекты профессиональной подготовки специалистов. Материалы конференции. - Майкоп: АГУ, 1993.

5. Гипнология и интегративная антропология на службе педагогической, спортивной, медицинской и психотерапевтической практики. Материалы международной конференции. - Майкоп: Адыг. респ. кн. издат, 1994.

6. Интегративная антропология в решении задач здорового образа жизни. - Майкоп: АГУ, 1995.

7. Проблемы теории и практики интегративной антропологии. - Майкоп: АГУ, 1996.

8. Ганнушкин П.Б. Клиника психопатий. Их статистика, динамика, систематика. М.: Кооп. изд-во "Север", 1933.

9. Корнетов А.Н., Самохвалов В.П., Коробов А.А., Корнетов Н.А. Этология в психиатрии. - Киев: "Здоров’я", 1990.

10. Панов Е.Н. Этология, ее истоки, становление и место в исследовании поведения. - М.: "Знание", 1975.

11. Самохвалов В.П. Эволюционная психиатрия (история души и эволюция безумия). - Симферополь: "Движение", 1993.

12. Бердяев Ник. Смысл истории. - М.: "Мысль", 1990.

13. Энциклопедия мысли. Составил Н.Я. Хоромин. Репр.вопроизв. издания 1918 г. - М.: ГИТИС, 1993.

14. Самохвалов В.П., Хренников О.Н., Кадыров А.Р. Этология стресса у человека. В кн.: Международная конференция "Наука и душа. Возрождение единства". Книга тезисов. - Симферополь,1992.

15. Samohvalov V.P., Egorov V.I. Some ethological aspects of poverty (essay - synopsis of future book). См. [2].

16. Бахтин М.М. К философии поступка. В кн.: Философия и социология науки и техники. -: "Наука", 1986.

17. Шевченко А.К. Культура. История. Личность. Введение в философию поступка. - Киев: "Наукова думка", 1991.

18. Даль Вл. Толковый словарь живого великорусского языка. Том 111. - М.: Гос. изд-во иностр. и нац. словарей, 1955.

19. Корнетов А.Н., Самохвалов В.П., Корнетов Н.А. Клинико-генетико-антропометрические данные и факторы экзогенной ритмики при шизофрении. - Киев: "Здоров’я", 1984.

20. Чижевский А.Л. Земное эхо солнечных бурь. - М.: "Мысль", 1973.

21. Темурьянц Н.А., Владимирский Б.М., Тишкин О.Г. Сверхнизкочастотные электромагнитные сигналы в биологическом мире. - Киев: "Наукова думка", 1992.

22. Nikityuk B. A., Аlраtоv А.М. Seсulаr trеnd in human growth and development and solar activity circles. " Studies in Human Ecology". Vо1.5. - Warszawa: PWN, 1984.


 Home На главную  Forum Обсудить в форуме  Home Translate into english up

При любом использовании данного материала ссылка на первоисточник обязательна!

Кузин, В.В. Интегративная биосоциальная антропология / Кузин В.В., Никитюк Б.А.; РГАФК. - Москва: ФОН, 1996. - 220 с.