НРАВСТВЕННЫЙ ОБЛИК ОЛИМПИЙСКОГО АТЛЕТА

Нравственный облик Олимпийского атлета*

Мохамед Мзали (Тунис)

... Выбрав для своего доклада тему "моральный портрет олимпийского атлета", мы обращаемся к проблеме, связанной с традициями Греции, а вместе с тем вызывающей острые дискуссии и в настоящее время. Ведь атлет - это не только тело, масса мускулов и сгусток нервов. Все это, бесспорно, принадлежит ему, но доминирующим в нем является моральный идеал, который составляет основу всего олимпизма.

Действительно, с самого начала мир и культ богов являлись фундаментальными характеристиками Игр в Греции... Победа на Играх была не просто индивидуальным делом и не банальным спектаклем физической силы. Она была данью уважения богам и способом наиболее полной самореализации и превосхождения себя личности. Бег и прыжки были не самоцелью, а средством реализации идеала, который разделяли все те, кто принадлежал к греческой культуре...

Гомер, Гесиод, Пиндар убедительно показали, что "благородная цель" (philotimia), которая направляла усилия греческих атлетов, - не только поиск славы, но прежде всего реализация Человека и стремление воплотить во время Игр олимпийский идеал... Именно это стремился возродить и Пьер де Кубертен. В своем известном письме в 1894 г. он писал: "Особенно важно сохранить благородство и рыцарский характер атлетизма с тем, чтобы олимпийский идеал продолжал играть эффективную роль в образовании современных народов".

С портретом олимпийского атлета связана целая система ценностей. Прежде всего он - атлет. Как таковой он должен добиваться совершенного развития своего тела. Он должен упражнять и тренировать его терпеливо, настойчиво, преданно. Смысл этих усилий состоит прежде всего в том, чтобы добиваться результатов, которые, хотя и не принесут ему полного удовлетворения, но позволят каждый день становиться все совершеннее, подниматься на все более высокий уровень. "Citius, altius, fortius". Тренировка, настойчивость в самообразовании, экономия в использовании времени, непрерывность усилий - все эти ценности выходят за пределы мира спорта. Они находятся на грани физического и морального. "Победитель невозможного, атлет, истощающий свои силы в достижении абсолютно недостижимого. Весьма скоро эти поиски могут стать систематическими, предполагать постоянную тренировку, обязательства, время, посвященное достижению успеха и спектаклю, который дает ему средства к существованию..." Эти слова, которые высказал Jean Vuarnet, обращают наше внимание на "кухню" подготовки спортсмена, которая длится годами и до последней минуты не дает гарантии на успех. Какой великолепный урок постоянных усилий, которые терпятся и принимаются на себя независимо от результата, а таковым может быть корона, либо приз, либо вообще ничего! Этот вызов посредством неимоверных усилий, "подлинно-неповторимое" наслаждение, сочетаемое с риском крушения надежд, - является неотъемлемой частью олимпийского соревнования...

Не следует преуменьшать это психическое состояние атлета, который готовит себя к встрече с противником, поскольку эти физические и нравственные качества и составляют собственно его жизнь. Они учат не терять голову в случае победы и надежды в случае поражения. Этот момент настолько важен, что на него обратил внимание даже St. Paul, которого уж никак нельзя подозревать в неистовой фетишизации Олимпийских игр. В своем Первом Послании к Коринфянинам (First Epistle to the Corinthians)** он писал: "Разве вы не знаете, что все участники соревнования по бегу соревнуются, но только один получает приз? Поэтому бегите так, чтобы вы могли получить его. Все атлеты упражняются в самоконтроле, во всех аспектах. Они делают это для того, чтобы добыть бренный венок, а мы - вечный. Да, я не бегаю бесцельно, я не боксирую с тенью, но я разминаю свое тело, подчиняю его себе, чтобы после проповеди другим чувствовать себя бодрым"...

Атлет действует не в одиночестве; свое истинное значение он находит в отношениях с другими. Олимпийское соревнование - соревнование с другими. Наличие соперника - источник коммуникации. Истинный олимпийский дух предполагает сверхусилие, соединенное с безграничной сдержанностью. Закомерное желание победить, занять ведущее место среди других, должны сочетаться с реальной оценкой достоинств соперников. Победа, деже если это победа другого, а для вас означает поражение, остается победой для большинства неудачников, так как это есть победа сильнейшего и потому является подлинным достижением идеала, который вдохновлял атлета в течение длительного периода его подготовки. Без всякого сомнения, это - "честная игра", потому что она, преодолевая границы "ты" и "я", ведет к общему идеалу, который единственно и должен торжествовать победу. Я желаю успеха сильнейшему, который добился успеха, возможно, благодаря своим собственным усилиям, а возможно, и благодаря усилиям других атлетов. Главное - пусть победит сильнейший!

Наконец, мы не должны забывать о том, что олимпизм - это зрелище! Восхищение публики - еще один элемент Олимпийских игр. Соревнование без зрителей, или просто передача его средствами массовой информации, - соревнование без души. "Поскольку я был участником, - пишет Henry Puaret, - а кроме того, что особенно важно, очарованным зрителем спортивного спектакля, я могу сказать, что спортивное зрелище часто наполнено эстетикой и драматизмом". Олимпийское зрелище - коллективный институт, имеющий свои собственные функции. Pierre Surault выделяет четыре такие функции.

Прежде всего это функция компенсации, которая рабочим, отцам семейства, молодым людям..., всем, кто пришел как зритель, дает шанс "переоценить" себя, идентифицируя себя с чемпионом.

Вторая функция - высвобождение агрессивности, поскольку спортивное зрелище, как и все другие фестивали, зрелища, "дают выход агрессивности и скрытому насилию, которые ежедневно накапливаются и возбуждаются неприятностями и неудовлетворенностью".

Третья функция - отвлечение людей от политики, поскольку большие спортивные события содействуют этому. "Спортивные страсти проявляют себя не только во время наблюдения за соревнованиями, но и во время дискуссий, специально организуемых журналистами..., в результате граждане, как и следовало ожидать, отвлекаются от фундаментальных политических и социальных проблем".

Наконец, функция социальной интеграции, связанная с тем, что спорт создает связь между зрителями в пределах сообщества, где проводится соревнование, а вместе с тем и такие менее приятные вещи, как шовинизм или нездоровый патриотизм!

Этот анализ обнаруживает как позитивные коллективные функции спорта, так и его негативные стороны.

Однако, если кто-то говорит о "функциях", описывает факты, это еще не означает, что всеми этими "функциями" и фактами должны руководствоваться олимпийские лидеры, заинтересованные в сохранении ценностей и стандартов своего идеала. Напротив, мы должны бороться против всех тех "функций", которые допускают непозволительную "манипуляцию" атлетами, зрителями и самим олимпийским институтом. Олимпизм не допускает ни компенсации, ни высвобождения агрессивности, ни отвлечения от политики, ни шовинизма. Олимпийский атлет не должен попадаться в эти ловушки. Напротив, он должен осознать свою роль, исходя из того, что его идентификация со зрителями затрагивает не только его лично, но и тот идеал, который он представляет. Помимо атлета и помимо зрителей есть еще и Олимпийский идеал.

Часто забывают о том, что именно данный идеал, давайте еще раз подчеркнем это, составляет реальное противоядие против крайностей и опасностей, связанных со спортом. Duvanchelle в своей прекрасной книге "Football, Pleasure, and Violence" ("Футбол, удовольствие и насилие") ясно пишет по этому поводу: "Свобода умирает, если футбол перестает быть искусством, спектаклем, и если единственной мотивацией остается конечный результат".

В настоящее время существует две опасности, два бича физического воспитания: система "звезд" и насилие. Они вносят много негативного в спортивные соревнования. Идеал "звезды" побуждает многих игроков, и часто даже лучших, изменять своей скромности, принципам "Fair play... и разрушает сам дух спортивного соревнования. Стадион трансформируется в "салон", а представление игроков - в парад модных моделей. Самолюбование разрушает чувство коллектива и ценность коллективного духа.

Не менее отрицательную роль играет и насилие...

Мы все - спортсмены, спортивные руководители, педагоги - должны попытаться выяснить и лучше определить дух Олимпизма и вернуть стадионам их грандиозную функцию, единственно законную, - быть оазисом мира, местом истинной встречи, взаимного признания, общности, близости и дружбы.

Олимпизм - это прежде всего подлинный интернационализм. Нравственный облик Олимпийского атлета - облик, в котором важное место занимает общечеловеческое (universality). Дружба между расами, народами, между людьми всегда должна быть завершающим словом Олимпизма. Честь для атлета всемерно содействовать этому не только своим телом, но также своим разумом и душой...

Необходимо также содействовать развитию воспитания на основе спорта и рассматривать олимпизм как реальное средство духовного совершенствования. Без такого активного и идеалистического воспитания мы никогда не сможем преодолеть посредственность, псевдо-реализм, и особенно великое искушение деньгами, желание любой ценой добиться кратковременного успеха. Нам не следует опасаться сверхидеализации нравственного облика атлета. Другие стараются принизить его до такой степени, что мы должны напомнить: реальное достоинство и истинная слава заложены в усилии, настойчивости и вере в Человека...


* Русский перевод доклада: Mzali M. The moral profile of the olympic athlete // International Olympic Academy. Twenty-second session, 11th-25th July 1982. - Lausanne, 1985, pр. 36-48. Доклад печатается с некоторыми сокращениями.

Переводчик - В. И. Столяров.

** Коринфянин - состоятельный человек, увлекающийся спортом. - примеч. В.С.


 Home На главную  Forum Обсудить в форуме  Home Translate into english up

При любом использовании данного материала ссылка на первоисточник обязательна!

Мзали, М. Нравственный облик Олимпийского атлета = [The moral profile of the olympic athlete] / Сокр. пер. Столярова В.И. // Спорт, духовные ценности, культура. - М., 1997. - Вып. 2. - С. 70-73.